Фейки-притчи

Уроки Альтшуллера (Часть 2)

Lev Pevzner

02.09.2026 3 мин. чтения 0

2. УРОКИ АЛЬТШУЛЛЕРА. Материал к 80-летию

(Борис Злотин. Журнал «ТРИЗ», Выпуск № 2 (15) апрель 2006 г.)

В темноте кромешной

Трое суток в баре¹

Нам² Альтшуллер мозги теребил³

Каждый ждал, конечно,

Что его похвалят⁴,

Свою клизму каждый получил⁵…

Вот и все, что было,

Кончилась прыгучесть в голове⁶.

Для кого-то просто — пробы отрубили,

А ведь это гибель РТВ⁷!

Музыка краденая. Слова народные⁸

Петрозаводск, 20 августа 1980, последний день семинара

Я узнал про ТРИЗ и начал решать первые свои задачи в 1974 благодаря случайно подвернувшейся книге "Алгоритм Изобретения", начал воображать себя разработчиком ТРИЗ в 1976, сделав исследовательскую выпускную работу в Народном Университете, стал профессиональным решателем задач (ФСАшником) в 1977. Но в действительности стал ТРИЗ специалистом только летом 1980, после первого семинара для разработчиков ТРИЗ в Петрозаводске. Первая встреча с Альтшуллером, 3 дня по 16 часов слушания и говорения в тесном баре, два дня великолепных поездок (Кижи и Кивач), разговоры, разговоры, разговоры, и, наконец, двухмесячная работа по перепечатке паршиво записанных магнитофоном материалов, когда каждую фразу раза по три приходилось прослушивать, продумывать и заново переживать, завершили то, что было начато книгой — изменил полностью мышление, взгляды на жизнь, цели на будущее.

Небольшая часть этой распечатки была использована Генрихом Сауловичем, подготовившим комментированный разбор задачи о термобиметаллическом расцепителе, решение которой он провел на доске перед нами за 12 часов, в максимально трудных условиях — среди 18 человек, каждый из которых был уверен, что знает лучше всех как надо решать и каждый желал своим знанием осчастливить других. Но масса других материалов, очень важных для понимания ТРИЗ и самого Альтшуллера никогда опубликована не была, сохранилась только в старых распечатках и памяти участников: Г.С. Альтшуллера, А.Б. Селюцкого, благодаря энергии которого этот семинар только и мог состояться, В.В. Митрофанова, В.А.Богача, Э. Кагана, В. Петрова, Б. Злотина, Э. Злотиной, С. Литвина, В. Канера, Н. Лопатиной, Э. Курги, В. Михайлова, М. Полыковского, В. Ефимова

Сегодняшнее чтение этих материалов создает странное ощущение — весь семинар — беседа двух человек — Альтшуллера (A)и некоторого обобщенного "ТРИЗовца-80". Учитывая, что во многих случаях по магнитофонной записи нельзя было установить авторов реплик, а иногда и понять отдельные слова и фразы, я так и разметил текст как диалог между Г.Альтшуллером и "ТРИЗовцем-80". Многое из того, о чем мы спорили уже осуществилось, кое-что видимо еще осуществиться, что-то оказалось ошибкой — неважно. Важно, что этот оказался школа мышления, во многом сформировавшей наше поколение ТРИЗовцев и я думаю что эти материалы будут сегодня полезны всем кто интересуется ТРИЗ.

Я не изменил тексты, только сгруппировал по темам записанные в разные моменты материалы сократил частые повторы, то, что не относилось к делу, выкрики с мест, демонстрирующие скорее задор, чем понимание вопросов, специфический семинарский юмор по поводу качества обедов и т.п. К сожалению никакая стенограмма не может передать ту атмосферу творчества, постоянных шуток и подначек, смеха и радости, которую помнят все участники. Но, надеюсь, записи эти окажутся интересными и для сегодняшних читателей.

Полный материал Петрозаводского семинара со стенограммой разбора задачи будет в ближайшее время доступен на Интернет

Борис Злотин

¹ Семинар проходил в темнущем баре, при слабом освещении через цветные витражные окна — чертовски красиво и ни черта не видно

² Мы – на фотографии. Снимал и не попал на фото Эдуард Коган. Почему-то нет Аллы Селюцкой и Марка Полыковского. А черное пятно – человек в одном ряду с которым стоять стыдно. В те времена он был всеми уважаемым ТРИЗовцем, личным учеником Генриха Сауловича, позже стал активным членом общества «Память», автором омерзительных писем с угрозами расправы над «всесиониствующим Папой Бакинским» и его «ТРИЗ – овцами»… Упоминать его имя мы не хотим.

³ А мы ему — компостировали…

⁴ Держи карман шире!

⁵ Семиведерную со скипидаром и гвоздиками

⁶ См. раздел «Обсуждение доклада Литвина об РТВ»

⁷ А жалко!

⁸ То есть С.Литвина, Б.Злотина и Э.Злотиной

⁹ Хоть и жаль воробьишку веселого, но досталось ему поделом, на свою воробьиную голову сам он вызвал и бурю и гром…(БЗ)

¹⁰ Какой невероятно далекой казалась тогда эта цифра!

О целях семинара и будущем.

У нас выработался очень плодотворный метод обсуждения. Мы поняли, что вот на таких краткосрочных семинарах доказательства превращаются в состязание в остроумии. Не надо доказывать. Наша задача выслушать как следует мнение оппонента, высказать свое мнение и на этом разбежаться. Мы должны переварить это. Продукция совещания: просто обмен мнениями, а не изменение этих мнений.

AШколы должны продолжать ту линию, которая выработалась в этих школах. Цель наша сегодня не в том, чтобы выработать единую, жесткую обязательную для всех линию. Мы не знаем истины в последней инстанции, ее нет. Есть различные мнения. И наша задача — не в выработки линии, боже упаси, а в том, чтобы каждый хорошо представлял другую позицию, знал факт существования другой точки зрения, представлял себе основные позиции другие и не залезал через 8 лет или 5 или 2 года, в тупик, знал, что есть другой путь. Потом нам наверно интересно будет через какое-то время обменяться мнениями уже зная, что есть разные возможности, как они развиваются.

AНе надо думать, что мы обязаны мыслить одинаково, что есть какие-то директивы, что я могу вам приказать — я не могу приказать и к счастью. Каждая школа должна стараться развить то, что в ней является самобытным. Надо представлять, что то, что сегодня кому-то кажется ценным может оказаться и не ценным. Мы много теряли уже в предыдущие годы. Поэтому вот на таких встречах и надо столкнуть точки зрения.

AШум, все это пройдет, уляжется в головах, а останется главной продукцией нашего семинара наличие определенных двух линий. Мне кажется эти линии с первого дня и по сегодняшний все четче и четче обрисовываются. Это — главная наша продукция. Одна линия — на установку делать ТРИЗ все более и более жестким, начхав на все его мягкие места. И поэтому, скажем, никакого почтения к оператору РВС у меня нет и я с величайшим удовольствием его бы выкинул и все такое прочее. Другая точка зрения: подпирать несовершенство имеющегося АРИЗ ТРИЗа, стандартов и всего чего там есть подпирать любыми методами, начиная от открытого метода проб и ошибок до всевозможных полуаризных методов типа ММЧ. Обе точки зрения имеют свои плюсы и свои минусы, просто нам надо знать, что две таких расходящихся тенденции есть, а вот какая из них лучше? Сегодня они, в принципе, равноправны.

Аудитория набросилась на кого-то высказавшего странную идею при разборе задачи

AЗдоровое стремление подавить идею. Преподаватель должен мешать.

2. О творчестве

Мы боремся с творчеством. Хотим мы это признать или не хотим — нам придется. Нас припрут к стенке и твердо докажут, что все, что мы делали — или мы ничего не сделали, или то, что мы сделали, называется "мы закрываем творчество". Заменяем творчество. Формализация творчества, вот как это называется.

AМы занимаемся формализацией творческих процессов. Математика накопила громадный опыт в этом отношении. Как сначала интегрировали? 300 лет назад? Чтобы взять любой интеграл, человек строил кривую, делал разбиения, вычислял, исхитрялся геометрическими способами как-то это вычислить. А сейчас, на первом курсе студенту дают таблицу основных интегралов. Это две странички. И он решает задачи. Но вот он не справляется. Ему мало таблицы. Тогда ему дают справочник: 50 или 100 страниц,- их целая гамма, разных. Более подробный. Он не справился. Ему нужны более мелкие таблицы. Ему дают на 300 страниц заумный немецкий справочник. И он спокойно берет. Там нет перебора вариантов, он по классу знает и по виду, где искать. Вот примерно к этому надо стремиться и при решении задач изобретательских, открывательских и так далее. Взял АРИЗ. Ступеньки — большие, получил общее направление — эта штука должна перейти на микроуровень. Взял аппарат N.2 — то ли это указатель физэффектов, то ли еще что-то. Ага, это должно быть, по-видимому, метод, при котором электричество будет, а магнетизма, например, не будет. Взял более подробный справочник, пришел точно к ответу.

"ТРИЗовец-80" — а как же способности?

AСпособности проявятся. Один придет по способностям, получив общую рекомендацию, перейти с макро- на микроуровень, это будет то-то и то-то. А другой возьмет книжки второго слоя, третьего слоя и т.д. Вот и вся музыка.

AЕсли коряво формулировать длинными словами, мы разрабатываем новую технологию производства изобретений, открытий и идей… Мы заменяем творчество решением нетворческих проблем. Это очень правильно. Человечеству не нужно творчество. На кой ляд ему творчество, когда ему нужно автомобиль, мясо, запчасти к автомобилю и так далее… Ему полезные вещи нужны. Прогресс. Вместо автомобиля — иксомобиль какой-нибудь. Вот это все нужно. А творчество не нужно. Оно только средство и несовершенное средство. Но так уж тяжело произнести фразу: "Я всю жизнь считал, что мы развиваем творчество, искренне считал". Пока, как в стенку, сорок раз не ударился в то, что мы закрываем творчество, заменяя технологию производства, во имя которой существовало творчество, другой технологией, нетворческой.

"ТРИЗовец-80": Вы не могли бы определить, что такое творчество?

AОпределять не надо. Вы что, не понимаете, что такое творчество? Пушкин написал поэму "Евгений Онегин", вот это — творчество. Родился Эдисон, придумал электрическую лампочку, вот это — творчество. Не было циклотрона, кто-то изобрел, впервые придумал циклотрон… Метод решения задач перебором вариантов — вот что такое творчество. А мы ищем законы, правила — точную науку. А вы хотите, чтобы и волки были сыты и овцы целы. Чтобы все было точно — Как вы меня едите за то, что какой-то шаг неточно работает, вы все, в душе, стремитесь получить очень точный рецепт, а вместе с тем я вижу страшное сопротивление, когда надо было отказаться от понятия творчества. Самое страшное, что отказаться вы с милой душой все и я тоже, но не знаем как, у нас слова нет, назвать что мы хотим.

AТо, что мы делаем это творчество и не творчество. Не мы с вами определяем что такое творческая задача. Творческая задача или не творческая задача определяется всем обществом на данном этапе его развития. Сделать сегодня изобретение, ну типа решить полигонную задачу, введением поля, ферромагнитного порошка и прочая, это шикарнейшее изобретение по всем стандартам нынешнего общества. Патент выдан в Америке. Если наступит то время, когда все в детском садике, школе и всюду будут решать, тогда понятие "я творчески решил задачу по стандарту" будет абракадаброй. А сейчас создается парадокс. Имеется группа людей, которая очень немногочисленна, которая может решать нетворчески творческие задачи.

3. О технике исследований в ТРИЗ

AЯ вам должен сказать, что, скажем, в те годы, когда я один развивал ТРИЗ от излишней самоуверенности или уверенности, как хотите называйте, я терял много лет. Надо было быть, в общем, изрядным "оптимистом" или, я не знаю какой здесь нужен термин, чтобы не заметить двойных приемов, факта парности приемов. Потом мне было крайне неловко, когда это заметил не я, а девчонка-слушательница. Допустим, она заметила. Но хорошо понимая, тысячи раз упираясь в то, что какое-то блестящее изобретательское решение не сводится к одному приему, что всегда там куча, надо было потерять 7 или 8 лет, чтобы прийти к суперпростой идее, что осваивать, изучать, выделять в сферу изучения нужно стандарты, комплексы приемов сложных и т.д. То есть, видите, история развития ТРИЗ на довольно значительном отрезке времени — это история глупых ошибок и глупости возникали от того, что где-то в шестидесятые годы невозможно было устроить вот такое обсуждение. Я думаю, что сколько бы мы сейчас не говорили на эту тему, все будет невероятно полезно, все сработает в свое время. Не надо ругаться, что у нас здесь — бедлам.

AТРИЗ — очень молодая наука. Вот некоторые представили свои тезисы, я видел там разные слова — методы, методология… Мы еще сами не привыкли к тому, что это наука. Наука молодая и все открытия лежат еще очень недалеко от поверхности — надо только копнуть. Но все-таки они сами не выпирают. Надо хоть нагнуться их поднять. Для меня загадка, почему у нас так мало исследовательских работ. Я вижу только одно объяснение — всем мешает дефицит времени. Как решить эту проблему — я не знаю. Так или иначе, если мы не создадим кадры исследователей-профессионалов за ближайшее десятилетие, ТРИЗ растворится в море всяких выдумок, ибо закон сохранения глупости неизбежно будет заставлять пройти заново весь путь.

"ТРИЗовец-80": Генрих Саулович, Вы сами говорили, что, практически, сперва рождается закон, а потом подбирается статистика, его подпирающая.

AНе всегда так и даже не так (весьма неуверенно). Если я даже сегодня где-то так работаю, вы можете меня спрягать, что я работаю, мы работаем методом проб и ошибок, совершенствуя АРИЗ, то я допускаю, что это есть. Но это плохо. Я не хочу так больше работать. Я хочу взять на себя повышенные обязательства работать без метода проб и ошибок, даже в совершенствовании ТРИЗ.

AЯ все время твердил, что метод проб и ошибок должен быть уничтожен. ТРИЗ — смертельный враг МПО. Любое привнесение, любое включение перебора вариантов — это регресс, это чудовищно плохо. Двигаться, как ни трудно, надо только в другую сторону. Менять ТРИЗ надо только в сторону ТРИЗ. Это я знаю твердо.

AДля того, чтобы развивать ТРИЗ надо применять к его развитию ТРИЗные элементы. Противоречия, искать законы развития объектов внутри самой ТРИЗ. Законы — это объекты внутри ТРИЗ и вполне естественно, что они тоже должны подчиняться каким-то законам. Мне кажется чрезвычайно плодотворным такой подход.

AСуществует и наращивается система законов и существует она в виде кучи. А в этой куче должно быть какое-то закономерное взаимодействие законов.

AНесколько дней назад Канер обратил мое внимание на такое интересное явление. Вот есть закон развития технических систем, направление развития систем к идеальности. С другой стороны, мы считаем отличным решение задачи о тракторном полигоне. А там значительно увеличилась сложность решения. То есть закон увеличения степени идеальности вступает в открытый конфликт с законом о увеличении степени вепольности.

AЧто происходит? Исследователь ТРИЗ должен научиться применять правила и технику ТРИЗ при работе на развитие самого ТРИЗ. Что взволновало Канера в этом явлении, на что он правильно обратил внимание? Явное противоречие, столкновение законов. До этого мы рассматривали законы отдельно и ни у кого не было повода, никто не обратил внимания на столкновение законов между собой. Ужасно интересное явление. Я бросил всю работу и дня два возился со всеми нашими задачами, перелопачивая — нет ли здесь какой-нибудь случайности, может задача о полигоне решена неверно…

AНет, то, что нашел Канер это действительно распространенное явление. Законы сталкиваются между собой и должны быть законы, которые регулируют действие первых законов. В данном случае это действует примерно так: иерархию технических систем можно представить в виде системы концентрических кругов. Простая система, более сложная система, еще более сложная система… Где-то там, за потолком этого здания самый последний круг — техническая цивилизация. Так вот, видимо закон, регулирующий столкновение законов звучит в данном случае примерно так: повышение степени идеальности достигается за счет вытеснения сложных, громоздких, энергоемких частей из внутренних окружностей во внешние. То есть увеличивая степень идеальности какой-то технической системы мы в то же время уменьшаем степень идеальности надсистемы, в которую данная система входит. Либо оставляем без изменений, либо ухудшаем. Лишь в редких случаях на 2-3 этажа распространяется механизм этого оттеснения. Возьмите любую нашу задачу и увидите, что мы что-то в ней, какие-то внутренние круги действительно упрощаем, за счет усложнения чего-то другого за пределами сцены.

AЯ назвал это оперативной зоной. Для каждой задачи видимо можно выделить оперативную зону, в которой обязательно надо соблюдать правило увеличения степени идеальности. Там категорически нельзя применять ничего сложного, там степень идеальности должна возрастать, за счет того, что мы получаем возможность несколько снизить идеальность за пределами этой зоны.

AВот вам классический пример. Взяли транспортное средство. Оторвали четыре колеса, вытащили оттуда двигатель и создали магнитную дорогу. Само транспортное средство стало значительно идеальнее. Дорога превратилась в электромагнитную или магнитную дорогу, значительно более сложную.

AЯ не хочу сейчас защищать тезис о существовании оперативной зоны, о необходимости при решении каждой задачи ее выявлять и как-то учитывать, чего мы пока не умеем, но сам механизм этот, он очень интересно разрешает (противоречия) и причем разрешает разнесением свойств между системой и надсистемой. Типовой прием решения. Нам важна рабочая форма, как это работает при решении задач. Какой-то рецепт — вот в этом месте надо увеличить степень идеальности, убрать оттуда вес, убрать оттуда объем… а вот за пределами этого, ради бога, увеличивайте, это никому не помешает.

Несколько раздраженная реакция на возражения

AПолностью признавая, что законы между собой не сталкиваются, в ваших определениях и прочая, и прочая, я обращаю ваше внимание на следующее мелкое, частное, совершенно не нужное вам явление: если по сумасшедшему понимать идеальность и повышение идеальности, не учитывая всяких мысленных моделей в 600 полигонов и т.д. налицо четкое столкновение законов. И мне такой подход представляется значительно более перспективным. Потому что в отличие от вашего, который ничего не дает, у вас нет проблемы, здесь возникает проблема.

3. О решении разных задач.

3.1. Два пути решения задач

A Еще раз повторю то, что мне представляется самым главным: ТРИЗ есть две группы разных механизмов. Есть стандарты, появляются сейчас стандартизированные описания физэффектов и эта чисто стандартная часть должна работать чисто, без перебора вариантов. Я говорю должна работать, а не работает, потому что она появилась 5 максимум 6-7 лет тому назад и может быть где-то стандарты пробуксовывают из-за неясности формулировки, это бывает и с официальными стандартами, но в принципе 28 стандартов, минимум десяток намечается сейчас групп физэффектов. Вот все эти классы задач, они обязаны решаться без всякого перебора вариантов. Буквально через пару лет это должно быть.

AСтандарты можно применять не думая — сделай так и все. Это жесткая формула. Совсем другое АРИЗ. АРИЗ предназначен для решения нестандартных задач. Тех задач, которые мы не умеем классифицировать и поэтому они не подходят под тот или иной стандарт или физэффект. АРИЗ заставляет думать. АРИЗ оставляет место и не только оставляет место, но и требует, требует мышления. Мыслить приходится на каждом шаге.

AОчень остро в нашей повседневной организационной и иной практике стоит вопрос о том, совместим ли перебор вариантов с АРИЗом или не совместим. Идеологически несовместим. Если рассматривать в развитии — несовместимы ни в коей мере и противопоказаны друг другу. Практически при сегодняшнем уровне мы кое-где допускаем нечто соответствующее перебору вариантов. Я говорю "перебор вариантов" за неимением другой терминологии. Это не вполне перебор вариантов. Вот как рисовал вчера перебор вариантов "ТРИЗовец 80" это много кружочков или клеточек и человек перескакивает с одного на другой либо совсем без системы либо по какой-то сплошной системе, либо по тем, которые начинаются на , букву А… У нас — не этот процесс.

AУ нас, я бы назвал это процессом прояснения, исчезновение тумана. Процесс совсем другой. У нас есть какая-то линия. Мы идем по шоссе и вдруг оно расширяется. В тумане не видны контуры. Дальнейшее движение теряет смысл. Возвращаемся назад и, используя новые данные, пересматриваем задачу, получаем значительно более узкий путь. Потом снова, до тех пор, пока не придем к решению. Вот этот процесс возвращения к задаче, ее переосмысливания, и движения по более узкому коридору я бы не назвал перебором вариантов. Это что-то другое.

"ТРИЗовец-80". Психологи это называют последовательной переформулировкой задачи.

AДа, они называют это последовательной переформулировкой задачи, но это неудачное название, потому что при перебрасывании по методу проб и ошибок тоже происходит последовательная переформулировка, но там теряется суть самого процесса.

AВо всяком случае, явление это относительно новое, оно пока плохо поддается формализации, оно не отражено в тексте ни одного АРИЗа, хотя какие-то отрывки есть в разных примерах. Надо будет его взять под наблюдение, подобрать хорошие примеры, появится какая-то терминология, но суть процесса — процесс итерации.

AТенденция развития очень четкая — пройдет энное количество лет и стандартизованная часть будет основной работающей частью. АРИЗ останется не для изобретателей, которые должны будут пользоваться стандартами, может быть еще чем-то что проявится, в научном например поиске, а для исследований, для прощупывания новых задач, технических новых, социальных, научных, художественных, — там АРИЗу придется работать. Там он будет снова буксовать, проскальзывать…

3.2. Стандарты

AИдеально, когда так: задача — стандарт — ответ. Никаких лишних действий, никаких рассуждений, никаких колебаний, стандарты должны действовать напрямую. При решении стандартных задач мы, действительно, не имеем права менять задачу. Стандарты существуют для того, чтобы данную задачу решить так, как это предписано стандартом. Разумеется, стандарт может дать какой-то сбой, быть неисправным, нечетко сработать, но по идее это жестокое предписание для решения определенного класса задач. И наша задача в том, чтобы это предписание становилось все более и более четким, жестким, определенным, а сама система разрасталась и охватывала все более новые и новые классы задач.

AКогда мы применяем стандарты, мы почти уверены в том, что полученное решение, как бы оно не казалось на первый взгляд странным, даже может быть неудачным, оно достаточно сильно.

AПри решениях по стандарту были несколько раз такие случаи. Давали задачу стандартного типа. Я или другой преподаватель решали, выдавали ответ. Задачедатель был крайне недоволен — это не годится. Я не вникал. Было 2-3 таких случая, когда активно преподавали в последние годы в Баку. Картина обычно бывала такая — через какое-то время задачедатель приходил и говорил: "Вы знаете, в вашей идее что-то такое все-таки есть. Правда вы не учли там того-то, но это я вот так сделал, что-то такое получилось".

AСтандарты либо дают верное правильное общее направление, идею в, подчеркиваю, общей форме, что в принципе можно махнуть рукой на недовольство заказчика, вы окажетесь правы. Если же вы не окажетесь правы, вы выиграете больше — какой-то новый стандарт, какое-то новое открытие в ТРИЗ.

AВот вчерашняя задача. Это решение стандартное, мы перевели с макроуровня на микро и за этим решением стоит вся мощь стандарта, по крайней мере, сотни очень сильных аналогичных решений, свидетельствующих о том, что так бывает всегда хорошо, исключений не может быть. Деревяшка, которая просто деревяшка — всегда хуже, чем та же деревяшка, у которой мы научились хоть немного, хоть одним пальцем играть на ее внутренней структуре и начали задействовать ее молекулярный уровень, атомный уровень и т.д. Поэтому у меня не было вчера ни малейших сомнений в том, что оппоненты говорят дело. Но, честно говоря у меня была полная глухота к восприятию всего этого — за решение стоял стандарт, закон.

AДопустим, даже они правы. Допустим, это решение настолько неудачно, что его можно перечеркнуть. Первый выигрыш: если это решение неудачно, если переход с макроуровня на микроуровень в данном случае плох, я выигрываю значительно больше, чем решение какой-то одной паршивой задачи. Я выигрываю аномалию в постулате, законе, правиле. А это — всегда чревато выходом на целый класс интересных открытий. Дальше. Допустим, никакого выхода на новый класс не будет. Ну просто оказалось, что в силу каких-то узкоспециальных, случайных даже, причин — слабое решение. Ну и черт с ним. Ведь вы получили значительно более интересный общий принцип. Отмычку, ключ к целому классу задач. Ответ на эту задачу можно сформулировать в общем виде так: если в машинах, механизмах, технических системах имеются разные железяки, контактирующие между собой, то во многих случаях целесообразно использовать те контактные явления, которые могут возникать при соприкосновении, при контакте и которые до сих пор не используются.

Систему стандартов надо срочно менять, введя в нее повсеместно, в метод ее употребления, понятия ИКР и ФП.

3.3. АРИЗ

"ТРИЗовец-80": У нас с вами разные цели. Слушатель хочет получить набор решений, рассмотреть какие лучше…

AУ нас разная тактика. У вас какие-то буржуазные замашки. Вы хотите захапать все возможные решения, связанные с этой задачей. Это использование АРИЗа не по назначению. АРИЗ — алгоритм, который должен дать одно очень хорошее решение, отвечающее тенденциям развития технической системы. У меня скромное пролетарское желание — я хочу получить одно, самое хорошее решение. Чтобы ничего не усложнялось, не отступить от ИКР, чтобы вдруг не появилось вот такого автомата для продажи газированной воды, пристроенного к этой тонкой пластине, в оперативном поле я буду бороться, чтобы там ничего не появлялось.

AВ общем слово АЛГОРИТМ ужасно неудачно применительно к АРИЗу. Слово алгоритм надо перевести на систему алгоритмов, на стандарты. Решение задачи по АРИЗу — это творчество в любом понимании. Организованное творчество — это самое главное. Возможность организации творчества дает надежду на то, что так же можно организовать творчество в других видах человеческой деятельности, что неизмеримо более заманчиво, чем просто возможность решать технические задачи.

AЧасто бывает от АРИЗ требует примерно такого же четкого однозначного механического решения как мы сейчас вправе требовать от стандартов. А между тем, АРИЗ по самой своей природе не приспособлен к этому.

AВ большинстве случаев, решения к которым вы приходите по АРИЗ коряво, выглядит не убедительно, т.е. то, что является скорей исключением и редким случаем, когда вы применяете стандарты, при АРИЗе скорей правило — он редко дает очевидные, убедительные, покоряющие ответы. Выходит такой гадкий утенок. Вот здесь, решая задачи по АРИЗу, надо быть морально готовым к тому, что вы на выходе получите сопротивление аудитории, возражения… Что можно сделать? Там за вами стояли какие-то правила, более или менее надежные. Здесь этого нет. Здесь слабость решения может быть и слабостью вашего решения и слабостью АРИЗа, реальной а не кажущейся, единственное, что можно сделать, это вновь, еще раз просмотреть решение задачи, вновь еще раз просмотреть каждый шаг и сверить полученный ответ с тенденциями развития технических систем.

AАРИЗ предназначен для решения задач, по которым мы не можем заранее прийти к тому или иному стандартному классу. Оба инструмента построены на одном и том же фундаменте. Там и там используются правила, законы, постулаты развития технических систем. Только в стандартах они используются в чистом виде, работают открыто. Можно так сравнить: если стандарты — это кадровая армия, то АРИЗ — это кадровая армия плюс народное ополчение, плюс партизаны, плюс кто во что горазд с кольями, дрекольем на врага. Здесь все — помимо тех же законов, ИКР, ФП, наряду с ними есть и чисто психологические моменты мобилизации человека. Они тоже основаны на принципах и законах, но других совсем, на законах мышления. В чем это конкретно выражается?

Во-первых ставится задача в одном понимании, в одних словах, а фактически на выходе получаем решение совсем других задач. Вот это одна из главных особенностей работы по АРИЗ. Обычно где-то в середине происходит какой-нибудь фокус — меняется смысл слова, меняются какие-то понятия, перерождается сама задача. И очень важно, многие ошибки при решении возникают от того, что мы мчимся, при решении задачи шаг за шагом раз, раз, раз…, отвечая на вопросы и пропуская этот момент, трудноуловимый момент перестройки понятий, в которых дана задача. Потом, когда задача будет решена выяснится, что мы в сущности, неправильно ставили ее, слушатели возмущаются…
Второй момент. В АРИЗе есть какие-то дистанции асфальтированные, а есть такие, которые вообще можно сравнить наверно с пунктирной линией. Там нет ровной, накатанной дороги — где-то, на каком-то кусочке проскочил довольно быстро, почти механически, а потом надо затормозиться и проверить так ли это все. Оглянуться — выстраивается ли какая-то логическая линия. То есть работа по АРИЗу всегда должна идти в очень замедленном темпе, с многократным возвращением назад с целью просматривания выстраивается ли ровная логическая линия развития или нет.
Вот еще одна особенность. По мере приближения к интересной области, наступает запрет. Так что "невозможно" хозяина задачи я воспринимаю как одобрение. Я в эту область буду стремиться, почему это невозможно?

AВот конкретный пример. Лет 7 назад проводили семинар и дал задачу о разделении щепы коры и древесины. Смысл задачи был примерно такой. Есть вещество А — такая-то щепа, есть вещество В — такая-то щепа и надо суметь их отделить, хотя характеристики их ничем не отличаются. И вот тут встал оппонент и сказал, что такую задачу решить принципиально невозможно. Отличить неотличимое нельзя. Зачем тратить время. На него зашикали, бедного человека подавили, он утих но взыграл через 5 часов когда задача была благополучно решена "Я был прав. что решили не ту задачу. Ту задачу, которую вы поставили никто решить не смог. Это философски неверно. Главный философ предприятия!

AДействительно, мы не научились разделять неразделимое. Мы решили другую задачу — мы научились разделять вещества, которые различаются. Заранее стали придавать разные свойства — тогда конечно очень легко различать. Вот этот эффект, он проявляется при решении многих трудных задач.

AДругой пример, тоже хорошо известный, это решение задачи о ледоколе. Там довольно часто возникает такая же картина. Слушатели довольно часто не без оснований говорят: вы ведь не решили задачу про ледокол. Вы решили задачу о создании совсем другого корабля. Вы изменили задачу. Какое Вы имеете право менять задачу?

AМы должны прививать слушателям свойство не испытывать религиозного почтения к словам. Словесная формулировка не совершенна. Не цепляться за каждое слово, а помнить, что она имеет множество синонимов. Понятие — иллюзия, вещь меняющаяся. Понятиями человек прикрывает свое незнание.

AДопустим в АРИЗ вложена неверная трактовка задачи, неверная трактовка того или иного шага. Тогда что должно быть продукцией через 2-3 шага? Продукцией, мне кажется, должно быть выявление, обострение несоответствий, обострение той болезни, которая была заложена вначале. Он должен усиленно начать скрежетать, показывать что так нельзя.

AВ алгоритме нет очень важного момента: проделал один шаг, каждый следующий, надо вернуться, согласовать и слить в единую линию. Выполнил следующий шаг, снова надо вернуться, согласовать и слить в единую линию. Вот этого нигде не было. Шаг вперед и много шагов назад. Как это формализовать? Нельзя ждать до конца и потом возвращаться, слишком много придется переделывать. Может быть следует ввести такое правило-примечание в каждый шаг или в общие указания по работе с алгоритмом.

О работе с мини-задачей

AЗаконы должны быть такими, чтобы они исполнялись. Главный принцип по которому человек действует, это принцип великой лени. Закон должен исходить из того, что человек — ленив. Ну зачем он будет делать глобальную работу, не попытавшись отделаться минимумом? Сначала надо решить минимальную задачу и с этим покончить.

О завершении работы по АРИЗ

AЕсть какая-то система, она попадает к нам с какой-то частичной задачей. Мы решаем эту задачу и по ходу дела меняем эту систему. Была такой, стала такой. А вот после этого мы обязаны, работая по АРИЗ, внести в систему следующие прямые изменения. Меняется немножко и надсистема. Но дело в том, что сама вот эта вот система, в принципе, не меняется, только через измененные элементы. Я могу привести аналогию. Как работает плохой врач. К нему приходит человек, у него рана на пальце. Он смотрит рану на пальце, перевязывает, делает все необходимое. Что делает хороший врач? Спрашивает о здоровье,- подходит комплексно. Хороший врач отличается от плохого теми, что он решает для себя принципиальный вопрос — то, что здесь произошло, произошло по местным причинам или если уж человек встал на ремонт, так давайте подвинтим, подкрасим всюду где можно. Получается, скажем, мы применяем здесь, скажем, семь законов, семь правил, семь стандартов, 8, 9, 10. А остальные простаивают. Уж если больной лег к нам в больницу, задача поступила к нам на рассмотрение, почему бы ее не пропустить через этот элемент, через другие элементы, такие правила, которые прямо в АРИЗ не входят. Вот принцип динамизации. Мы знаем, что любая система, если она не динамична, станет значительно более динамичной. Почему не проверить ее по этому показателю? Был круг, сделали квадрат и вбили два гвоздика, система заработала. Мы знаем о законе перехода с макроуровня на микроуровень. Почему бы не проверить эту часть, всю систему на действие этого закона? Это очень многое сулит, мы же ничего не потеряем.

Чему учить, когда учишь АРИЗу

AДо 75 года, когда все задачи пропускали только через АРИЗ, было крайне рискованно вводить вольнодумство, отсебятину и прочую самодеятельность. Теперь мы надежные, стандартные задачи, а это в общем-то большой кусок отвели на стандарты. Ну чего нам бояться? Почему не сказать слушателям, что не все задачи совершенно гладко проходят по АРИЗу. Надо учить не букве АРИЗа, нужно учить не изменять духу.

4. Альтшуллер во время обсуждения докладов участников

Обсуждение доклада В. Петрова

Доклад В. Петрова был посвящен разработке 1 части АРИЗ с использованием дерева целей, систем типа ПЕРТ и ПАТТЕРН. В те времена "дерево целей" в среде ТРИЗовцев было пригвождено к кресту как позорное проявление МПИО и Петрову требовалось немалое мужество чтобы вообще заговорить об этом. В дальнейшем при создании софтвэров и практическом применении ТРИЗ этот подход был глубоко интегрирован с ТРИЗ, сегодня без этого обойтись просто нельзя (БЗ)

AЦенный урок поведения для исследователя. Вот перед нами исследовательское поле. Стоит проблема. Первая часть АРИЗа — пустое место или что-то очень близкое к пустому месту. Я бы сравнил, вчера нам рассказывали про иконы, как их реставрируют. Берут, заклеивают полосами. Вот такие полосы — наши шаги 1 части. Там есть какие-то непонятные размытые контуры, а остальное — заклеено. Пустое место. Доска. Два подхода к ней возможны: можно отступить к старым испытанным методам, попытаться как-то их приспособить. Будь Петров не один, а работай с ним коллектив 300 человек, все равно они бы здесь ничего не добились, потому, что над этим уже думали., Петров — один. А над системой ПАТЕРН, над системой ПЕРТ, над всякими другими системами, методами написания сценариев думали тысячи человек из десятков стран. Что они, глупее нас? Они — не глупее. Если бы там было золото, это золото бы добыли. В чем наше преимущество? Мы не умнее других. У нас есть нечто такое, чего нет у них. Никто еще не приспосабливал законы развития техники, они просто не смотрят на это.

AПоэтому, Петров, закономерно, не мог прийти, на мой взгляд, ни к чему абсолютно новому. Ибо для этого он должен быть супергений. Петров — толковый парень, такой как, скажем, Mc Donald или лаборатория Smitt, где-нибудь в Австралии, как все остальные. Мы все одинаковы, в общем. Выиграем мы или проиграем зависит от того, по какой дорожке мы идем. У одного человека лучше зрение, у другого хуже, а выигрывает тот, у которого мелкоскоп. Вот Левенгук посмотрел и сразу открыл микробов. А его зрение лучше — хуже, это — несущественно. Вот также и со способностями. У нас есть микроскоп. Несовершенный, но надо цепляться, держаться за наш метод. Отодвинуть микроскоп, сказать, дай-ка я посмотрю своими глазами… Да уж смотрели тысяча человек. Нету там золотых самородков, не может их быть.

Обсуждение доклада Злотина

О попытке построить по аналогии с ВА и АРИЗом "Анализ процессов". Эта работа была невероятно сырой и амбициозной, но в дальнейшем ее основные идеи были воплощены в Софтвэрах фирмы Ideation и методике Директед Эволюшен. И теперь очень помогла при разработке нашего Искусственного Интеллекта "PANC" А критика Альтшуллера оказалась едва ли не главным стимулом развития! (БЗ).

AВ первой работе 1973 года по вепольному анализу мы обрадовались, настроили кучу рисунков веполей, одна связь, две, так, так… Но все наши мечты рухнули. Выяснилось, что никакой практической пользы мы от той работы, от того приложения к работе 73 года не получили. Не сработала эта классификация веполей. Время не настало. Надо было разобраться, почему.

AСамое главное, что какая-то часть формул была потом переоткрыта и задействована. Но что получилось? Мы неправильно смотрели на веполь, на вепольный анализ, вообще на всю эту графику как на нечто вроде математики — вывел одно уравнение, можно преобразовывать и на выходе получить, что А= 2,5 литра, примерно. А веполь это совсем другая штука — это не математические формулы, это химические формулы. Ну, представьте себе, что мы научились называть кислород О, водород Н и жутко обрадовались какие могут быть соединения кислорода и водорода? НО, Н₂О, Н₂О₂, Н₂О₃… и пошли, пошли, пошли… Написали семьдесят таких вещей. В дальнейшем выяснилось, что это существует до черта на Земле, это тоже есть, а, например, Н₇О₁₈₃ — просто не существует. А мы его математически вроде бы вывели. И она свое место заняла у нас в ряду и т.д. Химические формулы, в отличие от математических , не дают возможности вырабатывать новое знание о предмете. Они позволяют записывать то знание, которое мы имеем. Это не математический инструмент. Я сам очень бы хотел, чтобы вепольный анализ был математическим аппаратом. Но это химическому подобный аппарат. И начался медленный мучительный процесс. Получали какие-то знания по вепольному анализу, даже не по вепольному, а по системам и записывали их потом на вепольном языке. И некоторые веполи из этой таблицы ожили, подавляющее большинство так мертвыми и осталось.

AНа что замахнулись Вы? Вы замахнулись на формализацию не задачи даже, а ситуации, исходной ситуации. В то время как мы робко веполизируем модели задачи. Там у нас остается один или два элемента, одно поле,… Вы замахнулись на формализацию процесса самого начала. Вот это очень заманчиво. Настолько заманчиво, что я советую это продолжать. Но единственная вещь, которую Я рекомендую иметь в виду, состоит в том, что , мне кажется, удастся вам это только в том случае, если вы задействуете или используете какие-нибудь законы, относящиеся к процессам. Не только старые. Какая-то часть старых законов будет автоматически переведена. Процессы стремятся стать идеальными. Но тут должны быть какие-то свои. Например "процессы стремятся из красных превратиться в зеленые". Или в "хорошей системе нечетное количество процессов". Вот если вы нащупаете это, вот эта вещь блестяще заиграет. Не нащупаете, она останется сложной и искусственной схемой преждевременно появившейся.

AВот вам в математике матричная математика. Длинная, занудная штука, ее никто не применяет. Потом вдруг появляется физическая теория, которая нуждается в этом аппарате. Она его использует. Вот такая картина здесь и, поэтому, все это как-то спокойно восприняли. Ну что можно возразить по поводу этого? Вы очень интересно показали как можно показать течение процессов, преобразование процессов, выход на какой-то новый процесс. Все верно. Только для того, чтобы это заработало, должны быть какие-то правила. Дайте нам правило, что все процессы стремятся к нечетному числу. Мы все будем считать: "раз, два, три"- хорошо, есть система, "раз, два, три, четыре"- пятый процесс надо добавить. Вот все.

Обсуждение второго доклада Злотина

Доклад «Что делать когда ТРИЗ не срабатывает в практических задачах, нужно использовать все возможные ресурсы МПиО, типа МШ, морфоанализа, метода фокальных объектов⁹.

AВот на флоте, на котором Вы не служили, есть золотое правило. В старину адмиралы считали, что чем больше кораблей они соберут в эскадру, тем сильнее будут. И вот эскадра из трех приличных броненосцев обрастала большим количеством тихоходных углежрущих и малостреляющих кораблей. Правило состоит в том, что скорость эскадры равна скорости самого паршивого корабля эскадры. Добавление еще одного паршивого корабля не усиливает эскадру, а ослабляет. Не нужно в АРИЗ засовывать все что можно. АРИЗ — это гвардия. Четкая программа решения, где каждый шаг должен быть логически обоснован.

AЯ предлагаю решать задачу по АРИЗ до тех пор, пока она не решится по АРИЗ. не отступая под давлением никаких факторов. Если вам скажут, что мы Вас уволим через пять дней, если Вы не решите задачу,- пусть увольняют. Но если Вы хотите развивать АРИЗ, задачу надо решать по АРИЗ… Если я не могу решить задачу, я обязан взять творческий отпуск на год или на 2,3 года, сесть и начать думать о законах развития техники. А не трепыхаться мыслями туда-сюда, пытаясь решить эту задачу.

AИдите вперед, развивайте понятия АРИЗ. Что можно включать, и что — нельзя? Можно все, что в ТРИЗ называется методами. У вас пошел АРИЗ, рассматривайте законы и пользуйтесь ими как хотите, подключайте стандарты, ММЧ, физэффекты, но не перебирайте варианты. Мы применили ММЧ. Вдруг выясняется, что целесообразно, чтобы эти маленькие человечки всегда были нарисованы двух цветов и двух ростов. Введите такое правило или еще более сильное правило, там маленькие человечки с плошками или как хотите… Идите вперед, а не назад — к морфологическому анализу, к простому перебору вариантов.

AЯ предлагаю, чтобы покончить с этой плодотворной обсуждательной частью, такую примерно резолюцию: Наряду с вашей полностью верной точкой зрения, что АРИЗ в трудных случаях разбавлять методом проб и ошибок и разными методами типа морфологического анализа, наряду с этим правильным мнением, существует мое, неправильное и не всеобщее, но я прошу принять к сведению, что существует мнение, что выход из тоннеля всегда только вперед, ТРИЗ надлежит разбавлять всегда только ТРИЗом. Невзирая ни на какие обстоятельства: директор сказал, у меня было только 20 часов на решение, не взирая ни на что, только двигаться вперед. Вот, примем к сведению две такие точки зрения.

По второму предложению доклада: формулированию модели задачи не из двух элементов, а из трех в виде веполя.

AИтак, наряду с Вашим совершенно правильным мнением о том, что могут быть три элемента, а также вероятно и 8 и восемь с половиной, почему бы им не быть в таком случае, есть мнение, что могут быть только два, а три — в одном классе задач, четко отличающемся. Любую задачу можно свести только к конфликту из двух элементов, либо к разрушению системы, состоящей из трех элементов. Либо надо достраивать веполь, хотя может быть там придется ввести и непростое поле, а какой-нибудь комплексный веполь, но в модели задачи будет два элемента. Любая задача может быть сведена к одному элементу — об этом разговора нет, к двум или трем элементам, если надо разрушить веполь. Только в этом случае.

AЯ просто хочу, чтобы в ваше поле зрения попал такой факт. Два — это минимальная цифра. Не может быть конфликта, когда один. Даже когда мы говорим, что в задаче есть один элемент, это означает, что есть второй, но он настолько негоден, что мы его и рассматривать не хотим. Не может возникнуть конфликт, по определению самого слова конфликт при наличии меньше чем двух элементов. Должны быть две конфликтующие стороны. Добродетельным можно быть в одиночку, для греха нужны двое. Меньше быть не может.

AНаша задача при анализе: систему, состоящую из большого числа элементов и разных конфликтов между ними свести к этой минимальной системе. Если мы где-то сегодня нечетко это делаем, надо учиться, может быть сегодня каких-то правил нет. Может быть нам трудно, и мы поэтому останавливаемся на пол дороги. Но путь развития АРИЗа — только один, не случайно, не из нелюбви к цифре два настаиваю я на этом, но надо научиться приводить все задачи к конфликту, в полном понимании слова конфликт. Тогда будет легко.

К вопросу об использовании приемов в ТРИЗ

AС негодованием отметаем мысль о том, что у нас простаивает этот раздел. Он не простаивает. Если вы посмотрите АРИЗ, то вы увидите, что вы, ежедневно решая задачи по АРИЗ, пользуетесь некоторыми приемами. Вы пользуетесь веполями, а они записаны там. Вы пользуетесь переходами на микроуровень, а он записан там. Вы пользуетесь тепловым расширением, а он записан там. Просто, мы в лучшей, более общей форме ими пользуемся. Так что неверно, что они простаивают. Лучшие среди них используются. Вот, особого ума не надо, чтобы выделить лучшие и их использовать. Вопрос остается в силе: а остальные почему простаивают?

"ТРИЗовец-80" Речь о другом. О том, что надо поискать, куда сейчас вставить приемы.

AДля этого надо а) влезть заново в приемы, разворошить, пополнить, понять их на новом современном уровне, потом это хозяйство куда-то вмонтировать. А может не надо вмонтировать. Может будет указатель еще один. Если Вы имеете в виду узкую формулировку, куда всунуть в АРИЗ приемы, отвечаю: никуда не надо. Они нигде не будут работать, это метод перебора вариантов. Если они работают хорошо (в АРИЗ), то надо признать, что вся наша общая десятилетняя деятельность была целиком ошибочна. Я готов рассмотреть этот тезис.

Обсуждение доклада Литвина об РТВ.

Тогда едва ли не все ТРИЗовцы были чрезвычайно увлечены идеями РТВ все тратили массу времени во время преподавания… Альтшуллеровская атака на РТВ была абсолютно непредвиденной, но, как обычно – пророческой. В скором времени ажиотаж схлынул и РТВ было оттеснено в две ниши: дополнительный инструмент борьбы с психологической инерцией и преподавание детям. (БЗ)

AИногда есть такое ощущение, что, вроде, ты знаешь, а остальные не понимают. А тут у меня полное ощущение, что никто не знает, я не знаю… Исходя из того, что мы ничего не знаем, уже кое-что мы знаем — что мы ничего не знаем. Резонно задать первый вопрос такой: "Откуда возникла эта зараза под названием РТВ и все такое прочее?".

"ТРИЗовец-80": Наверно из Баку?

AГеографически ясно. А генетически? Почему возникло РТВ, на кой черт оно нам сдалось? Почему мы ввели РТВ, а не физкультуру, к примеру?

AБыл время, когда АРИЗ был чудовищно слаб. Сегодня мы, по крайней мере имеем стандарты, смутное представление о законах развития технических систем, имеем алгоритм, который иногда неплохо срабатывает, во всяком случае дает какую-то нить, за которую можно держаться, но было время, когда ни черта не работало. Ведь массовая отработка АРИЗа начата 10 лет назад. До этого АРИЗ разрабатывался келейно и уже по одному этому был ненадежен.

A10 лет назад, АРИЗ был почти на нуле, это был самолет с пропеллером, пилотом, крыльями, все было, только он не летал без сильного порыва ветра, которым подхватывало. Вот тогда было очень разумно придать обучению АРИЗ, самому АРИЗу нечто такое, ну посадить на этом самолете воздушный шар. Самолет не срабатывает, а шар потянет вверх. Какие-то внешние силы, компенсирующие слабость АРИЗа. Мысль была правильная. Человеку мешает психологическая инерция, давайте будем развивать воображение, все будет хорошо. Беда оказалась, однако, в том, что, как мне сейчас представляется, что воображение, это вовсе не преодоление психологической инерции.

AЧто есть воображение, какую работу оно выполняет? Воображение — это свойство, неотъемлемое от технологии, это часть (если бы я сказал дребезжание — дребезжание чего или, скажем, теплопроводность, теплопередача чего?). Воображение есть некоторый параметр, некоторая характеристика метода проб и ошибок. МПО сводится к тому, что берут некую задачу и начинают прыгать в разные стороны. Воображение — это прыгучесть мысли. Для метода проб и ошибок это — опора. Чем лучше прыгучесть, тем лучше человек прыгает, если технология состоит в том, чтобы прыгать. Он прыгает чаще, он прыгает дальше, в неожиданную сторону. Вот это дает воображение. Может быть, это не все, не вся функция воображения, но это 9/10 его сути применительно к методу проб и ошибок.

AСпрашивается, зачем прыгучесть мысли нужна в ТРИЗ? Какова установка ТРИЗ? — Создать новую, точную науку развития технических, а затем научных, а затем художественных систем. Зачем прыгать мыслью, если мы должны уметь использовать формулу, уметь переконструировать формулу, а может потом и находить новые формулы, потому что формула это — тоже система. Вот где-то в середине семидесятых годов я много проводил занятий по РТВ, так в чем же преимущества, так сказать, прагматически?

AРТВ развивает трепыхательные, прыгучие способности мысли, мешает развивать те качества мысли, (для них опять нет названия), которые нужны для совершенствования ТРИЗ, для обучения ТРИЗ и т.д. Мы спутали два понятия: улучшение качества занятия, привлечение слушателей — это РТВ способно делать на данном этапе — и улучшение, улучшение методов работы человека с ТРИЗом. Это разные вещи. И вот поэтому я прекратил заниматься РТВ. Вы знаете, я довольно энергично занимался, были примеры, все вроде бы шло хорошо, но увидев эту штуку, я пришел к выводу, что до тех пор, пока не выяснено — ударили человека молотком по голове — это хорошо или плохо? Есть такие суждения, есть такие, но лучше не ударять…

A Вы — талантливый преподаватель метода проб и ошибок, потом Вы переодеваете костюм и выходите в роли преподавателя ТРИЗ. А я хочу наоборот. Вы очень здорово вкладываете свои усилия в преподавание метода проб и ошибок, под псевдонимом "курс РТВ", и это мешает Вам талантливо преподавать метод ТРИЗ. Если преподаватель достаточно умело проводит занятия по РТВ, это сильно поддерживает его занятия и всю школу в целом. Но, вместе с тем, это не то, что нужно. Нам нужно, чтобы эффективно работали механизмы ТРИЗ. Без всякой прыгучести мысли. Если сегодня, где-то еще мы вынуждены прыгнуть мысленно, с этим надо бороться. Вот получается, курс РТВ, мне кажется, развивает пристрастие к работе методом проб и ошибок. Научившись прыгать мыслью, потом труднее осваивать современный АРИЗ. РТВ, в целом, пришел в противоречие с современным ТРИЗом. ТРИЗ тянет в одну сторону — в сторону познания законов развития техники.

"ТРИЗовец-80": АРИЗ подсказывает, что нужно разделить противоречие в пространстве. Но как это сделать? Здесь наверное и нужно воображение?

AВаш вопрос поставил меня в тупик. Действительно, мы дошли до разделения в пространстве, как делить в пространстве? Здесь действительно работает воображение. В этом Вы правы. Только я не вижу здесь принципиального противоречия. Сегодня у нас написано просто: раздели в пространстве. Через год, железно обещаю, появиться таблица, где будет сказано, в каких случаях надо разделять в пространстве. В каких случаях так, в каких случаях так.

AЧто может оказаться полезным из РТВ? Вот человек сформулировал ИКР, допустим, очень точно, по формуле. ИКР — невообразим. А мы обязаны, чтобы сработало точно и выдало ему ответ. Вот, например, на вчерашнюю задачу ответ будет такой: положи туда два яблока и чтобы одно из них было красное. Срабатывает стереотип. Ну, не ожидал, не ждал такого ответа. нам нужна какая-то психологическая подготовка человека к использованию механизмов, дающих неожиданные решения, вот в частности и ИКР. Но это не фантазия. Его подвели туда. Надо чтобы он не струсил только, не закричал: "Караул! Куда вы меня привели!"

AВот другой фактор. До тех пор, пока выбор задачи, ее решение, борьба за внедрение, за ее реализацию, оформление, во что упрется эта идея все это огромное значение имеет не столько ученость, сколько общий культурный интеллектуальный уровень наших слушателей. И вот борьба за повышение общего интеллектуального уровня, на сегодня — может это ошибка, но лучше, чтобы наши люди становились интеллектуальными.

AЯ призываю вас к простой вещи, сломать здание под названием РТВ, не боясь что при этом придется поломать всякие пристройки типа РВС. Я не призываю к уничтожению или пренебрежению кирпичами. Из выломанных кирпичей возможно что-то построить, хотя дело — не в этом. Надо найти принципы построения. Вот ИКР. Сам по себе ИКР — никакая не фантазия, а точный закон, ну как значок (+) бесконечности или (-). Никакой фантазии, прыгучести мысли в ИКР нет. названа фантазией.

AПринципиально, на мой взгляд, РТВ как носитель вируса проб и ошибок подлежит уничтожению беспощадному. Вопрос: сегодня это делать или завтра, когда иначе нельзя будет? Сегодня. Не надо бояться отбрасывать то, что уже теоретически обречено. Ну бог с ним, допустим, мы оставим это. Я честно скажу, что я и сам боюсь отбросить. Я не очень уверен в том, что сказал, потому что сам оставил часть РТВ для своих заочников и нескольких ребят, которые очно приходят ко мне заниматься в Баку. Я оставил только фантастику. Я исходил из того, что она вреда не принесет. Или мало вреда. А она дает просто человеческое какое-то развитие, не связанное с ТРИЗом. Ну, не сработает на ТРИЗ, оно сработает на моральный облик нашего человека.

"ТРИЗовец-80": Тогда можно и не фантастику…

AПравильно. Но сказать просто "читай Достоевского или Анатоля Франса, просто неудобно и бесполезно, это надо постепенно. А вот сказать "для развития творческого воображения, фантазии необходимы… железная цепь предрассудков, сам начинаешь в нее верить, читай фантастику. Потом он приходит, начинает жаловаться, что вот, идут подряд такие косые книги, начинаешь говорить "а ты попробуй взять такую… Правда не фантастика, исторический роман, но если перебросить, так сказать, фантастический мостик, на иной планете происходит",- читают, а потом даешь просто историческую, тоже читают, ужасно интересно…

"ТРИЗовец-80": Генрих Саулович, по-моему, мы удивительными сейчас вещами занимаемся. Мы считаем себя диалектиками. Мы диалектику применяем к развитию технических систем, ко всей технике. Но сами мы совершенно метафизичны. Вот есть метод проб и ошибок, есть системное мышление. И они — несовместимы. Ну, не бывает такого. В конечном итоге, диалектика всегда нас накажет. И недаром нас метод проб и ошибок настигает в РТВ.

AСогласен, все верно. На третьем этапе, согласно диалектике, будет синтез. Но пусть за него ломают копья на семинаре в 1999 году¹⁰. Моя задача — отстоять пока то, что нужно, уйти от МПО.

Разное

Отношения к людям, воспитание ТРИЗ-специалистов

AОб отношениях к исследованиям учеников Мне было чрезвычайно тяжело, потому, что идея эта Канера. Я почувствовал, насколько она заманчива и насколько большой сулит прорыв в сферу нового, знания законов. Я не смог сразу остановиться. У меня есть единица измерения — прогулка с собакой. Где-то на середине я допер, что можно ввести понятие оперативной зоны, и дальше я уже почти бегом возвращался с собакой — думать на другую тему было нельзя, а позволить себе размышлять дальше я не мог. Он подумал, он обязан дальше рассматривать. Это страшное дело, я часто получаю такие письма, но тут была правильная основа, но бывает хуже, когда основа неправильна. Начинаешь рассуждать и сам себя обрываешь — как быть дальше, автор должен думать. Так что пусть все вопросы по поводу этого к Канеру. Я рассказал, что я подумал об этом. И все ваши придирки не играют никакой роли, потому что я так подумал. Имею я право думать?

AО преподавании и подготовке исследователей Преподаватель может быть отличным преподавателем, но если он не ведет собственной исследовательской работы, он никогда не станет блестящим, замечательным преподавателем. Нужно вести исследования самому. Это дает другую, дополнительную точку зрения, не менее важную чем основная, всем нам присущая. Другую точку зрения на весь мир ТРИЗ. Нам надо добиться, это проблема, я не знаю какие меры нужны, нам надо добиться, чтобы каждый преподаватель, который проработал 2-3 года, выходил на исследовательскую работу. В общем, не так важно, удастся ли ему, скажем, в течение года — двух выдать какую-нибудь блестящую исследовательскую продукцию, важно чтобы человек втянулся в исследования — это позволит ему стать другим преподавателем.

Отношения внутри ТРИЗ

AВедь от чего возник конфликт с Горьковской школой? Не потому, что они пошли по тому пути, который мне представляется неверным. Не в этом дело. Каждая школа должна искать свой путь. Ничего не будет хуже, если мы все будем, все каждый раз приводить под общий знаменатель и дальше топать по одной дорожке. Нет. Их вина, их беда, на мой взгляд, совсем в другом. Они это проделали втихую, неприлично тихо. Мне трудно даже подбирать термины, на мой взгляд, даже подло тихо. Это — подлость, на мой взгляд. Я по-другому не могу квалифицировать. Втихую поставить всех перед свершившимся фактом — это нехорошо, это признак, что они сами чувствуют слабость своей позиции, но поступили так. Я давно имел с ними контакты, знаю чем конкретно вызвана эта причина — желание освободиться от моей цензуры, я помешал Шеломку заключить договор с Горьковским издательством на книгу, должна была выйти книжка, сделанная за две недели методом клея и ножниц, по приемам из разных источников, без малейшей творческой работы. Такая книга только могла дискредитировать все наше дело и я, поэтому написал ему четко. Либо Вы сами понимаете, либо я напишу в издательство. Он скрипя сердцем отказался и потом он пришел к такому выводу, что и Половинкин: дабы освободиться от таких неприятностей, надо иметь свой метод. Он этот свой метод теперь имеет. Ну и бог с ним.

О слушателях и преподавании

"ТРИЗовец-80": Мы их будем отучать думать с самого начала. Обучим стандартам и будет лень думать.

A А что мы при этом теряем? Ну, кто-то не любит думать…

"ТРИЗовец-80": Никто не любит думать!

A Хорошо, примем ваш постулат. Ваши слушатели приходят к вам имея тридцатилетний стаж любви к недуманью. Ну, они еще месяц не подумают, получив при этом стандарты — мощный аппарат. Ничего страшного. А потом они вам не простят, что сначала их томили.

ТРИЗовец-80" Каким должен быть план стандартного семинара?

AНет общих рекомендаций. Надо прощупать аудиторию. Я с незнакомой аудиторий начал бы с законов развития техники и сделал бы упражнения по ИКР, по увеличению степени идеальности, веполям. Если хорошо освоили применение на уровне закона — можно рисковать на уровне стандартов. То есть так, как будет когда-нибудь построен нормальный курс. У нас — переходный процесс. У стандартов есть изъяны. Будучи прекрасной вещью они не впитали понятие ИКР и сейчас это резко сказывается.

О системном подходе

ТРИЗовец-80" Как правильно назвать систему?

AНу назовем это еще тьмутараканным ту-ту .? Вам что-то этот термин говорит?

AСовременный ученый, не изобретатель, всегда придерживается какой-нибудь системы. Он придерживается плохой системы. Скажем, надо изобрести подводную лодку, а он танцует от паровоза. Труба вызывает большое сопротивление. Огонь может погаснуть под водой. И он начинает работать. Определенная система, только плохая.

О философии

"ТРИЗовец-80": Философский словарь, давая определение воображению, тем не менее под этим понимает творческое воображение.

AНе надо философский словарь! Там кибернетика определялась как лженаука.

"ТРИЗовец-80": А теперь, из-за того, что у них были какие-то грехи, не слушать философов вообще?

Aи вся аудитория в один голос. Не надо слушать философов!

В ответ на попытку подробного объяснения

AЯ Вас понял. Исходите из того, что перед Вами быстродействующая система, не тратьте времени.

В ответ на попытку аудитории «затоптать» на кого-то высказавшего странную идею при разборе задачи

Об отношении к собственным публикациям

"ТРИЗовец-80": Генрих Саулович, в Вашей книге "Творчество как точная наука" написано, что перебор вариантов на пятом уровне совсем не значит то же самое, что перебор вариантов на первом уровне. Там требуется огромное воображение.

AВы даете доводы, которые я просто не воспринимаю. "У Вас где-то там написано!" Ну и что? Если бы я сегодня придерживался тех мыслей, которые…

"ТРИЗовец-80": У Вас хорошая прыгучесть мысли, мы это знаем…

AБудем бороться.

О развитии техники

AЯ до сих пор, 8 лет уже, запуская свою паршивую, хорошую машину Запорожец, каждый раз поражаюсь — как эта штука может двигаться? Ведь если разобраться, двигатель внутреннего сгорания, это нечто такое, бред сумасшедшего. Создать работающий двигатель внутреннего сгорания, работающий многими часами, днями, без всяких поломок, аварий, взрывов, это что-то такое… Поначалу все системы находятся в очень таком дохленьком и жалком виде. У нас нет пока сколько-нибудь четкого аппарата, методики, методики выявления гадких утят и прогнозирования их светлого будущего и закономерного превращения в белоснежных лебедей.

О рекомендациях в ТРИЗ

AРекомендации на уровне общих указаний не работают. За всем этим стоит какое-то правило, какой-то общий закон, который мы просто еще не раскрыли. В юриспруденции существует такое неписанное правило — вводить только те законы, которые будут выполняться. Это норма римского права, претензии к древним.

Об использовании знаний

AВы же инженеры. Вы должны понимать что происходит в условиях задачи. Алгоритм не отменяет таблицы умножения.

Крик души А:

AНе отвлекайте, братцы, сейчас — самое интересное в задаче. Я мучился три часа, вы меня мучили три часа, только сейчас начинаю получать удовольствие, начало получаться.

Работа по ММЧ

AМожно это промоделировать. Я вам поставлю вот это препятствие (Альтшуллер схватил табуретку и вытащил ее в проход) и вы будете шагать широко, а я не отстану от вас, хотя буду передвигаться на корточках (Альтшуллер изобразил к восторгу присутствующих).

О выборе задач

AЯ бы не трогал вот этого — речь идет об укреплении сварки. Надо считать, специалисты, которые заняты сваркой, они разбираются в этом лучше, чем я. Мне решать задачу бессмысленно. Это решение в лоб. Всегда надо исходить, что ли, из презумпции невиновности как в юриспруденции, невиновности специалистов. Надо исходить из того, что, в целом, специалисты — они свое дело знают. И то, что можно было сделать, они хорошо соединили. Может соединение лучше ослаблять? Специалисты точно стремились усиливать связи. Уж если мы взяли связи, то очень интересно было бы сыграть на ослабление, на ухудшение связи.

О любви к ИКР

AПо-моему, любовь к ИКР должна сидеть в крови или лучше в генах. Я себя довел до такого состояния, что вы меня под угрозой карательных санкций не заставите отойти ни от какого ИКР. Нам надо найти какой-нибудь способ, чтобы при любом действии, будь то по АРИЗу — (там это легче), при решении задачи по стандартам или по указателю физэффектов, (это особенно страшно, что это совсем далеко там и не ночевало понятие ИКР, физэффекты у нас не будет хорошо действовать до тех пор, пока мы туда тоже органично не введем понятие ИКР) каждый шаг совершался с внутренним контролем не уменьшает ли это идеальности или повышает ли это идеальность. А вот как добиться того, чтобы это осуществлялось — это, собственно говоря, наша высшая задача — перестроить мышление.

Проблема внедрения

Проблема внедрения в том, что мы изобрели что-то, а как внедрить, если никто не хочет? Видимо, когда мы станем чуть-чуть помногочисленнее, чуть-чуть посвободнее, наверно этим надо будет просто заняться всерьез. Проблема достойна отдельной, очень серьезной разработки. Каким образом убедить начальство? Здесь ведь консерватизм, который вырабатывается у человечества вообще и у начальства в частности, это — не случайность, на протяжении всей истории человечества вырабатывался защитный механизм от всевозможных ненужных новшеств. Если, с одной стороны, метод проб и ошибок совершенствовал прыгательную способность, трепыхательную способность мысли, то с другой стороны, в противовес этому, росла здоровая косность начальства. А то трепыхаются, этот так предлагает, этот так, а начальство говорит: ничего не надо,- и проходит только то, что с трудом пробивает барьер. Мне пришлось один раз столкнуться с такой ситуацией.

"Вы эту задачу знаете, она очень, очень древняя, в книге Бахтамов изложена, сбор нефти, плавающий по поверхности Каспийского моря. Я работал тогда в инспекции по изобретательству Каспийской флотилии и у нас количество нефти дошло до того, что сгорел военный корабль. Кто-то бросил папироску и начался пожар. То есть нефть — не просто на поверхности, окислившиеся отходы какие-то, нефть была самая натуральная промысла рядом, буквально 200 м. Вот погорел один корабль, его потом долго и занудно ремонтировали.

Наш начальник воспарял духом и решил, теперь мы сделаем наконец что-то полезное для флотилии, а то изобретаем какие-то непонятные глобальные вещи, а тут для родной флотилии мы сделаем что-то хорошее. И, вообще было выдано задание и наконец было сделано изобретение, изобретение чудесное. Тогда было только из всего АРИЗа просматривалось только отдельно, шагов еще никаких не было, понятие, что надо стремиться к идеалу без слова ИКР, оно возникало. Вот имеем море, на море ничего нету, только слой нефти, идеально если этот слой поднимется, его можно будет голыми руками взять. Тонкий слой собрать трудно, в этом — вся проблема. Если он хоть на один сантиметр поднимется, не надо даже метра, его можно собирать голыми руками. Вся проблема в том, чтобы приподнять слой нефти.

Ну а почему он не поднимается сам? Потому, что он тяжелее той среды, в которой находится. Нужно, чтобы сверху была среда тяжелее нефти, тогда он всплывает. В общем, как обычно, получается легкое сумасшествие. Вода должна остаться тут, а здесь должен быть воздух, а вместе с тем здесь должна быть вода, чтобы эта штука поднялась. А решение здесь очень простое: если мы возьмем нальем нефть, а сверху какую-нибудь перевернутую пробирку поставим с водой, то нефть всплывет, втянется сюда. Вот такое решение было найдено. Два авиационных поплавка, между ними мостик, здесь такие усы, на мостике большой бак. Бак заполняют водой, эту штуку тащат по поверхности, нефть попадает сюда и втекает в бак. Получилось такое решение. Дальше уже проектирование, все это очень красиво, заманчиво.

Наш начальник одел парадный мундир, привесил кортик и пошел докладывать адмиралу-командующему флотилией. Вернулся сине-зеленый, так сказать, заикающийся и прочая и прочая. Адмирал был боевой, решительный, он его послал… обратно в инспекцию. Сказал, что это — не военное дело, пущай это-самое АЗНЕФТЬ портит, АЗНЕФТЬ пущай и чинит. Мы им иск будем вчинять за погибель нашего эсминца, а этим нам заниматься не нужно, у нас есть своя тематика.

Дело в том, что идею предложил главный инженер. Мы все его просто жутко любили, все это приняли как кровное оскорбление. Все хотели внедрить эту вещь. А как ее внедрить, если адмирал против, ничего не сделаешь. И вот тогда у нашего начальника… Он был маленького роста, страшно толстый, кругленький — ну капитан Врунгель в хорошем исполнении. Он отошел, перестал дрожать конечностями, успокоился, плотно поел он, и придя снова в боевую форму, сказал: "Вот как мы сделаем".

Все это обошлось всем, по тем временам, в пол сотни, по-моему. Привел забулдыгу-слесаря, он ему заказал модель, действующую модель. Модель простая, в небольшом аквариуме, изображавшем необъятные просторы Каспийского моря, маленькая такая лодочка. Но так как ее таскать было неудобно, то сделали наоборот — она стояла здесь вот неподвижно, а часовой механизм крутил вертушку и прогонял воду. Флакончик с нефтью, взяли прямо у пристани. Модель казалась невероятно грубой, но когда мы это впервые увидели, мы все затаили дыхание — так это было наглядно.

Начальник взял флакон, вылил туда нефть и всем стало видно, как загрязнилась вода нефтью. Все внимательно смотрели как он заводит часовой механизм. Есть какой-то идиотизм…, магнетизм…, идиотический магнетизм в действии. Все смотрят что произойдет. Потом он это отпустил, все ужасно внимательно смотрели как жужжит часовой механизм, раскручиваясь и она погнала воду — действительно маленькое чудо — на наших глазах, благодаря тому, что эта плохая модель была грубая, ограниченная поверхность, черный, в пол сантиметра слой пленки стал закручиваться, закручиваться и вода снова побелела, стала чистой вода.

Он накрыл это для конспирации какой-то материей и вместе с нами пошел снова докладываться адмиралу. Что произошло? Я был свидетелем и у меня была надежда, что нас попрут оттуда со страшной силой, жутко интересно, при тебе прут начальство. Но, доложившись официально, он снял платочек и, адъютант мгновенно, оттеснив каперангов, кавторангов, пропустил нашу процессию, потому что мы несли какую-то непонятную вещь, нас нельзя было задерживать.

Дверь открылась, адмирал грозно посмотрел на нас и взгляд его неожиданно подобрел. Исчезла маска грозного морского волка, появился обыкновенный человек, подверженный обыкновенной психологии: "Что это такое там у вас?" Спросил он, не дожидаясь и забыв всякие уставные обращения с нашей стороны. Наш шеф доложил, что это вот модель изобретения. — "Показывайте! Работает?" — "Работает". "Не взорвется?" — У нас были часто взрывы. — "Никак нет".- — "Ну, показывайте". Все. Он подошел быстрым шагом к стулу, смотрел с интересом на процесс установки. Тут начальник извлек флакон. Я следил за взглядом адмирала. Он не пропусти ничего. То же самое, что произошло час назад со мной. Крайне внимательно он проследил всю процедуру. Я убежден, если бы демонстрация заняла полтора часа или два часа, он точно также смотрел бы, лишь бы что-то там менялось, перемещалось, новое происходило что-то.

А начальник все подготовил, налил нефть и в первый раз провозгласил (До сих пор молчал, адмирал не знал, что мы принесли) — "Допустим, это море",- сказал он. — "Угу",- ответил адмирал. — "А это — нефть". — "Понятно",- сказал адмирал. — "Дальше. Боремся с загрязнением моря".-Отрывисто сказал начальник. — "Хорошо"- сказал адмирал. — "Заводим механизм, он имитирует движение корабля. — "Понял". Дальше — в полном молчании… Я думаю: "Ну сейчас он нас… "Я вас погнал один раз, а вы с такими детскими игрушками опять приходите?" — "А ну-ка, давайте еще раз,"- сказал адмирал. И опыт повторился один к одному еще раз. Потом адмирал взял сам. — "Подождите, я проверю."

Взял, там деления на флакончике, сколько-то там налито, и отмерил там какое-то количество, я не помню там сколько, вылил туда, все смотрели почтительно, затаив дыхание, и все повторил. — "Здесь крутить?" — "Здесь крутить". — "Сколько оборотов?" — Запустил. — "Дайте стакан. Не хотел собирать в старый. Дали стакан, долго его рассматривал, не пожалел свой чистый стакан, потом перелил туда, немножко не хватает. Начальник: — "Кое-что здесь в старом осталось стакане". — "Понимаю. Отлично. — Что нужно для внедрения?" "Нужны два поплавка, движок, там еще… то, то, то… Наш начальник тоже, туго знал свое дело, быстро сориентировался. — "Составьте смету, я подпишу. Вечером составили смету. Все. С этого момента мы только дрожали, скорее внедрить ,не отстать с внедрением.

Начальство — тоже люди. В основном, в общем-то у них есть человеческие слабости и человеческие антислабости. Многие трудности во внедрении возникают из-за того, что то, что нам ясно в деле, в чертеже ли, в заявке ли, для человека, с которым мы говорим, это человек посторонний: ему не ясно. Будучи показана на хорошей модели, такая вещь производит совершенно другое впечатление. Я отнюдь не хочу сказать, что в этом и состоит методика безотказного внедрения. Просто это один из приемов, ну какой-нибудь — 29А. А саму систему приемов внедрения, не говоря уже об алгоритме внедрения, еще предстоит создать.

"Могу сказать, что в этой книге я лишь составил букет из чужих цветов, а моя здесь только ленточка, которая связывает их". Б. Злотин, украл у Монтеня.